Москва
15°

«Хотят все контролировать»

 

«Газпром» складывает все яйца в одну корзину

В распоряжении «Фонтанки» оказался документ, подтверждающий предположения о формировании системы единого подрядчика «Газпрома» — недавно созданной фирмы с крайне непрозрачной структурой собственников АО «Газстройпром».

Редакция получила большое и подробное объяснение этих процессов от человека, хорошо понимающего, что происходит. Стоимость контрактов и заказов, которые размещают «Газпром» и его «дочки», заметно превышает триллион рублей. До сих пор этот рынок почти полностью делили три крупных игрока. Еще тысячи мелких правдами и неправдами кормились с него, кто сам с оказией получая подряд, но большинство — на субподряде.

Однако теперь это положение дел меняется. Заказы «Газпрома» собираются в одних руках. Само по себе это не новость, СМИ писали со ссылкой на анонимные источники, что созданное в прошлом году АО «Газстройпром» должно стать мегаподрядчиком, собрав активы крупных участников рынка. Однако документальных подтверждений этому пока не было. И представители газового монополиста это не комментировали.

Запутанная схема

Теперь же в распоряжении «Фонтанки» оказался документ — весьма запутанная для непосвященного человека схема под названием «Целевая модель организации процесса «Реализация инвестиционных проектов ПАО «Газпром». Как рассказал приславший ее источник редакции, сейчас она проходит процедуру согласования в кабинетах главного офиса монополии на улице Наметкина и ожидает скорого подписания Алексеем Миллером.

Судя по схеме, в ближайшем будущем функции централизованного технического заказчика будут возложены на ООО «Газпром инвест», а единым подрядчиком станет АО «Газстройпром».

«Это совершенно новая схема работы, с созданием двух новых департаментов. Теперь всё консолидировано по одному направлению: заказчик один, подрядчик один и контроль один, — комментирует «Фонтанке» увиденное гендиректор крупной компании-генподрядчика газпромовских проектов. — Пока мы вообще не думали, как выстраивать работу с ними по новой схеме, понимания нет. Когда достроим то, что есть на сегодня, тогда и поймем. Сейчас же всё парализовано полностью».

Еще один процесс, окончания которого ждут нынешние конечные исполнители проектов «Газпрома», – когда в «Газстройпром» полностью вольются два ключевых участника рынка прямого подряда: «Стройгазмонтаж» семьи Ротенбергов и «Стройтранснефтегаз» Геннадия Тимченко. Третий крупный игрок «Стройгазконсалтинг» уже полным ходом интегрируется в новую структуру. К примеру, его президент Станислав Аникеев возглавил и «Газстройпром», вокруг которого и собираются все активы.

«Уверен, после этого всё станет 100% дочерним обществом «Газпрома», – рассчитывает собеседник «Фонтанки».

Росчерком пера

По крайней мере, первую часть можно доподлинно подтвердить также имеющейся в распоряжении «Фонтанки» копией документа — приказа Алексея Миллера от 22 апреля о назначении именно «Газпром инвеста» «единым техническим заказчиком по реализации инвестиционных проектов». Из этого же документа можно сделать вывод о том, кто мог стать автором схемы.

 

Согласно второму пункту приказа, гендиректор «Газпром инвеста» Вячеслав Тюрин (он занял этот пост лишь 21 марта) должен представить план мероприятий по переходу на реализацию инвестиционных проектов «Газпрома» «под ключ» Олегу Аксютину. Именно он с 1 апреля занимает пост зампредправления ПАО и отвечает за формирование инвестпрограммы и закупочную деятельность, а шире — за разработку стратегии реформирования монополии.

«Эта схема – из «газпромовских недр», но там вряд ли будут что-то комментировать. И никто вообще не будет комментировать», – подтвердил «Фонтанке» подлинность документа высокопоставленный представитель газовой отрасли. И правда, никаких комментариев ни от «Газпрома», ни от «Газстройпрома» редакция не получила.

Это всего лишь вывеска

Зато на условиях анонимности хорошо знакомый с внутренней кухней монополии эксперт согласился объяснить, что происходит, какова мотивация авторов этой реформы, а главное, каким образом существующая менее года фирма с очень непонятной обывателю структурой собственности и уставным капиталом всего в 100 тыс. рублей должна сосредоточить в своих руках триллионные денежные потоки.

«Компания — это эгида, вывеска. Главное — это какие люди пришли в нее работать, с каким опытом и бэкграундом. И возможно ли реализовать все задуманное силами этих людей и конкретных подразделений, – объясняет специалист. – Например, «Газпром инвест» тоже появился из компаний, которые до этого с нуля появились. «Газпром» их чем-то сразу наполнил и сразу дал массу заказов. И они стали рулить большими процессами».

«Нельзя появление «Газстройпрома» оценивать как некий автономный шаг. Как просто появление какой-то новой компании, которая вдруг получит какие-то контракты или подряды. Это же все входит в ту огромную систему реформирования «Газпрома», которая сейчас идет. Видно, что там идет большая перестройка. Одни департаменты ликвидируются, другие появляются, приходят новые люди. То есть меняется сама схема взаимодействия. Появляется единый централизованный заказчик — эти функции отдаются «Газпром инвесту». Это все звенья одной цепи.

И понятно, что это не просто какая-то компания, которая пришла на рынок и стала получать подряды. Она создавалась, по большому счету, для того, чтобы контроль над строительными подрядами — условно — ужесточился. По крайней мере, мы сейчас говорим об идеологии, а не о том, как там оно будет на самом деле.

Абсолютно неофициально и кулуарно было мнение, что, когда «Газпром» отказался от своих строительных подразделений и отдал это все на сторону, это было не совсем верное решение. Что компания лучше бы, по-хорошему, все же контролировала подрядчиков. И если бы это были свои подрядчики или подрядчики, более четко встроенные в газпромовскую систему. Что этот опыт где-то был признан успешным, а где-то — не успешным. Но в целом в «Газпроме» сейчас пришли к тому, что хотят это контролировать».

В одно окно

Еще одна актуальная тема — EPC-контракты, которые в приказе Алексея Миллера называются «проекты под ключ». С недавних пор это самый модный и обсуждаемый принцип, когда все этапы проектов — проектирование (Еngeneering), снабжение (Procurement) и само строительство (Сonstruction) — передаются в одни руки по жестко зафиксированной цене. В полученной «Фонтанкой» схеме указывается, что именно EPC-контракты и должны передаваться «Газпром инвестом» «Газстройпрому».

«Это старая тема и уже давно муссировалась. Но никак до ума не доводили ее. Может быть, она сейчас наконец-то заработает, и EPC-контракты появятся в России, как во всем цивилизованном мире», – надеется собеседник «Фонтанки».

Дальше он объясняет, почему вообще происходит такая реформа и как ее для себя объясняют авторы. При этом они вполне осознают, что обсуждаемая схема сомнительна с точки зрения антимонопольного законодательства.

«Все равно, хотим мы того или нет, неважно, как это выглядит, и подноготная не всегда понятна — порядка с каждым годом здесь становится больше, какой-то логики, контроль становится жестче. Может быть, это заработает лучше.

Александр Коряков/Коммерсантъ

Я не берусь сейчас судить, где там кто какие концы в воду сунет, кто на этом наживется, но в любом случае, если говорить о каких-то мировых тенденциях, то это, скорее, правильный путь. Если, конечно, отсечь наши проблемы с конкуренцией, с рынком, с тем, что этот EPC-подрядчик будет встроен в систему «Газпрома». Сейчас мы видим, что Европа, наоборот, хочет, чтобы абсолютно разные компании рулили процессами в рамках одной системы. А здесь у нас централизация, наоборот, только усугубляется.

С другой стороны, логика в этом есть: «Газпром» хочет четко знать, куда идут его деньги по проекту. И хочет строго спрашивать не с 25 компаний, из которых один кивает на другого, другой на третьего, а с одного подрядчика: ты получил EPC-контракт за такие-то деньги построить все с нуля. Тебя никто так жестко не ломает по части закупок, ставок, всего остального. Но ты делаешь этот контракт «под ключ». Думаю, это нетипичный для нас опыт. И как он сложится, предугадать невозможно».

Что касается не очень прозрачной структуры собственности «Газстройпрома», эксперт по внутренней кухне монополии не видит никаких проблем и понимает, почему так происходит: «Если мы говорим о создании единого сильного подрядчика, то мы должны понимать, что такая компания с нуля не появится. Эту компанию должны накачать какими-то мощностями, в нее кто-то должен прийти. Скорее всего, прийти должны имеющиеся сильные подрядчики, для того, чтобы объединиться, собрать лучший опыт, лучшие кадры и начать работать под этой вывеской. А если в нее приходят какие-то другие компании, с определенной структурой собственности, это же не просто так. Это же не армия — под козырек все взяли и пошли. Там у людей есть доли, есть акции, все остальное. Каким-то образом это наверняка должно быть отражено в этой структуре».

Денис Лебедев

По материалам: «Фонтанка.ру»

 

Добавить комментарий