Москва
22°

Вопиющие аферы с квартирами

Помочь может только случай

Волей обстоятельств вышло так, что я стала писать очерки и расследования на одну-единственную тему: квартиры. Эта тема меня доконала, потому что, кроме фамилий потерпевших и мошенников, все повторяется почти дословно. И писать противно, и читать неинтересно. А бросить не получается. И я решила оценить, что получилось: помогли публикации или все закончилось ничем.

Естественно, рассказать обо всех статьях невозможно, поэтому я выбрала самые вопиющие сюжеты.

29 сентября 2016 года, «Невинные и бездомные», история семьи Однодворцевых.

Однодворцевы (муж, жена, сын и невестка) в 2004 году купили 2-комнатную квартиру у Ольги Мальцевой, которая представилась вдовой квартиросъемщика. Мальцева приватизировала квартиру, оформила на себя и продала Однодворцевым. Позже выяснилось, что вдова — совсем не вдова, а свидетельство о браке, которое она всем показывала, было оформлено на ворованном бланке. Бланк был похищен из сейфа отдела ЗАГС Пошехонского района Ярославской области 22 июня 2001 года. Воры украли 10 402 бланка.

На самом деле в квартире, купленной Однодворцевыми, до декабря 2000 года проживал 35-летний Юрий Степанов. Он погиб от многочисленных травм, полученных при неустановленных обстоятельствах. Степанов жил один и квартиру не приватизировал.

«Вдова» Степанова вселилась в квартиру летом 2003 года. Но, по сюжету, она должна была появиться там при жизни Степанова. Поэтому по документам выходило так, что Юрий Степанов, умерший в 2000 году, в 2003 году воскрес, прописал свою любовь в принадлежавшей ему квартире, а спустя 5 месяцев опять умер.

Через год квартира отстоялась, пустила сок, и «вдова» дважды почившего Степанова продала ее Однодворцевым.

Однако весной 2007 года в Департамент жилищной политики Москвы (далее ДЖП) пришло письмо из МУРа, в котором говорилось: Ольга Мальцева вдовой Степанова не является, а свидетельство о браке — подделка, его квартиру она приватизировала, а впоследствии и продала незаконно.

Преображенский прокурор обратился в суд с иском об изъятии квартиры. В 2009 году районный суд этот иск отклонил и оставил квартиру Однодворцевым. Но суд второй инстанции это решение отменил и вернул дело в районный суд. И в июне 2010 года при повторном рассмотрении дела иск прокурора был удовлетворен — и квартиру у Однодворцевых отняли без предоставления другого жилья и выплаты компенсации.

Все жалобы Однодворцевых в вышестоящие инстанции были отклонены. Однако в ноябре 2014 года городская жилищная комиссия рекомендовала вернуть квартиру добросовестным приобретателям Однодворцевым. В 2015 году правопреемник ДЖП, Департамент городского имущества (далее ДГИ) подтвердил намерение города возвратить квартиру Однодворцевым. Но и тут им не повезло: в 2016 году документы Однодворцевых рассмотрел очередной чиновник ДГИ и сообщил им, что они подлежат выселению на основании решения Преображенского суда 2010 года.

Из квартиры их пока не вышвырнули, но рано или поздно это произойдет.

Чиновники ДЖП прохлопали ушами поддельный документ Мальцевой, а виноватыми сделали Однодворцевых. И еще издевались над ними: то дадим квартиру, то не дадим. И не дали.

  * * *

8 февраля 2017 года, «Мнимый больной», история семьи Малаевых с двумя детьми, один из которых инвалид.

Москвич Владимир Иванович Фомин, 1938 года рождения, в сентябре 2002 года приватизировал свою квартиру, а в мае 2004 года продал ее двоюродной сестре жены, Лидии Малаевой. Через два года Малаева умерла, и квартира по наследству перешла к ее сыну Михаилу. При продаже квартиры Лидии Малаевой супруги Фомины переехали в Подмосковье, но попросили сохранить за ними московскую прописку. А в 2011 году Фомин обратился в прокуратуру с заявлением о защите его нарушенных прав: он сообщил, что психически болен, не отдавал отчета своим действиям, и попросил вернуть ему квартиру. Прокуратура обратилась в Кузьминский суд с иском об изъятии квартиры у Малаевых и их выселении без предоставления другого жилья.

Суд иск прокуратуры удовлетворил, признав, что Фомин психически болен. Но квартиру вернули не Фомину, а ДЖП, и вот почему: раз Фомин, как следует из заключения психиатров, страдал старческим слабоумием (деменцией), он не мог понимать значения своих действий при приватизации квартиры и ее последующей продаже. А раз приватизация незаконная, квартиру нужно вернуть городу, а Фомина водворить на место, выселив Малаевых.

Семья Малаевых: их выбросили на улицу вместе с ребенком-инвалидом. Фото: Из личного архива

В январе 2014 года Малаевых вместе с детьми выбросили на свежий воздух. А спустя полгода слабоумный гражданин Фомин второй раз приватизировал свою квартиру. Как это? Ведь деменция же не лечится! У вас не лечится, а у нас в психиатрической больнице №13 лечится. Именно там Фомину выдали справку о том, что он психически здоров. Сотрудников ДЖП информация о чудесном исцелении не смутила — и они разрешили приватизировать квартиру.

Малаевы прошли все судебные инстанции в России и в конце 2014 года подали жалобу в Европейский суд по правам человека (далее ЕСПЧ).

18 июля 2017 года Европейский суд постановил, что при принятии судом решения о выселении Малаевых была нарушена статья 8 Конвенции о защите прав человека. На основании этого решения Малаевы обратились в Кузьминский суд Москвы с заявлением о пересмотре дела по новым обстоятельствам. Однако Кузьминский суд отказал Малаевым в пересмотре дела: в России, согласно Жилищному кодексу РФ, нет правового механизма для вселения Малаевых в квартиру, полученную ими в наследство и отнятую по решению суда.

Все судебные инстанции России определение Кузьминского суда оставили в силе. Сейчас Малаевы с двумя детьми вынуждены снимать комнату за МКАД. Встать на жилищную очередь в Москве они не могут: из-за решения суда они утратили московскую прописку. Инвалидность 12-летней Сони Малаевой не считается.

Контроль за исполнением решений ЕСПЧ возложен на Комитет министров Совета Европы. Туда Малаевы и отправили сообщение о неисполнении решения ЕСПЧ.

  * * *

14 апреля 2017 года, «Продается семья с детьми. Дорого», история семьи Быстровых.

В 2012 году Тенгиз Петрович Головач, сотрудник ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения Минобороны России», с соратниками решил нагреть руки на жилье, которое должно было передаваться военнослужащим. На основании поддельных документов квартиры, закрепленные за Минобороны, оформлялись на подставных лиц, а затем продавались на вторичном рынке жилья. Украсть успели всего пять квартир: четыре в Балашихе и одну в Чехове. Так вот, одну из этих квартир в 2013 году купила семья Быстровых. В феврале 2016 года Балашихинский суд Московской области приговорил Тенгиза Головача и его подельников к разным срокам лишения свободы. А уже весной 2017 года тот же Балашихинский суд удовлетворил иск Минобороны к Быстровым об истребовании у них квартиры и выселении без предоставления другого жилья. У Быстровых трое детей, 2010, 2011 и 2017 годов рождения.

Семья Быстровых с тремя детьми купила квартиру, которую им продал мошенник. Теперь у них нет ни денег, ни квартиры. Фото: Из личного архива

Через год судебная коллегия Московского областного суда отменила это решение из-за процессуальных нарушений и вынесла точно такое же решение — с теми же процессуальными нарушениями.

Летом 2018 года президиум Московского областного суда отказался пересматривать это решение. А в декабре 2018 года судья Верховного суда отклонил кассационную жалобу Быстровых — и сейчас они воспользовались последней возможностью и обратились с жалобой к председателю ВС России. Они все еще верят в то, что государство не может так поступать со своими гражданами. А оно, как известно, может.

Головач и его подельники отсидят и выйдут на свободу с чистой совестью и сундуками денег — ведь доказали только пять эпизодов, а сколько их было на самом деле, знает только Головач. А виноваты во всем оказались покупатели паленых квартир, в том числе и многодетная семья Быстровых.

  * * *

18 декабря 2017 года, «Невидимки со Ставропольской улицы», история семьи Чернецких.

Есть на Ставропольской улице общежитие для сотрудников строительно-монтажного треста «Центротрансстрой». Треста давно нет, а общежитие есть. И проживают там 300 человек.

Трест постигла загадочная судьба: куда он делся, никто толком не знает. А здание общежития пошло по рукам. Сначала оно оказалось городской собственностью, потом федеральной, и в конце концов в 2016 году его передали в оперативное управление Московскому технологическому университету. Администрация университета решила использовать здание для проживания студентов. Но помещение-то не резиновое, и прежде чем кого-то вселить, нужно кого-то выселить. Лучше выселить сразу всех.

Люблинский суд согласился с тем, что всех нужно выселить. На каком основании? На таком. Куда, спрашивается, делись ордера на вселение в общежитие? По закону они должны были храниться в администрации общежития, которая подчинялась тресту. А трест лопнул. Причем лопнул со всеми документами — где они, никто не знает. А если вы не можете показать суду бумажку, пожалуйте на улицу.

Жители общежития, брошенные на произвол судьбы, пока героически держат оборону. В первый раз судебные приставы пытались их выселить летом 2016 года — жители отбились. Им отключали воду и электричество, заливали монтажной пеной канализацию — люди все выдержали. А второй раз приставы пришли осенью 2018 года. Они вооружились бумаженцией о том, что здание пожароопасно. И чтобы спасти людей, их нужно срочно выселить.

Люди снова отстояли свою игрушечную крепость. Бесконечная череда судов со всем миром продолжается. Но рано или поздно суды закончатся. Интересно как? Спасет ли милосердное государство своих бесправных граждан? Сколько можно отбивать набеги приставов и людей в балаклавах?

  * * *

12 января 2018 года, «Мишень для гоблинов», история 60-летней Галины Васильевны Френкель и ее 91-летней матери, инвалида I группы Анфисы Михайловны Линьковой.

В 2015 году Галина Френкель и ее мать продали свой дом в Тульской области и через несколько дней купили 1-комнатную квартиру на улице Мусы Джалиля. Осенью 2015 года в Нагатинский суд поступило исковое заявление из ДГИ об истребовании этой квартиры в собственность города. Некогда владельцем квартиры являлся Николай Любченко. В 2013 году он умер, не оставив наследника. Поэтому квартира должна была перейти в городскую собственность. Но у одинокого бездетного Любченко обнаружилась «дочь», Юлия Завертяева. Она и стала хозяйкой квартиры. Завертяева продала ее гражданину Рыбалко, а тот, в свою очередь, перепродал ее Галине Френкель.

И тут выяснилось, что документы о родстве Любченко и Завертяевой были подделаны. На этом основании ДГИ потребовал отнять квартиру у Френкель и Линьковой и передать в собственность города. Решением Нагатинского суда в иске ДГИ было отказано. Суд пришел к выводу о том, что ДГИ плохо следил за городской собственностью. ДГИ это решение обжаловал, и суд второй инстанции решение районного суда отменил и постановил изъять квартиру у Френкель с выселением их с 91-летней матерью без предоставления другого жилья. Все вышестоящие судебные инстанции это решение поддержали.

Весной 2018 года Галина Френкель направила жалобу в ЕСПЧ — и летом ее приняли к рассмотрению. Теперь вся надежда на Страсбург. Вот только Анфиса Михайловна не стала дожидаться, когда ее выкинут на улицу, и умерла.

  * * *

22 декабря 2017 года, «Право на контейнер», история Александра Блинцова, бывшего сотрудника вертолетного завода АО «Камов».

В 1997 году Александр стал сотрудником вертолетного завода и как молодой специалист получил комнату в общежитии на улице 8 Марта, 4а, в городе Люберцы. Летом 2015 года его уволили из-за жилищного конфликта: он пытался выяснить, почему плата за комнату выросла в 3 раза, ответа не получил и стал изучать историю этого запутанного вопроса. В результате затяжного конфликта он был уволен. В феврале 2017 года по решению суда Александра выселили из комнаты в общежитии, несколько месяцев он прожил в коридоре, спал на туристском коврике, а летом 2017 года оказался на улице.

Полиция, прокуратура и суды никаких нарушений прав инженера Блинцова не обнаружили. Когда я опубликовала судебный очерк, он жил в контейнере. Что с ним и где он сейчас, я не знаю. Знаю только, что он жив.

Всем людям, о которых я рассказала, может помочь государство. Они ни в чем не виноваты, но наказаны — как государственные преступники.

  * * *

А теперь сказки со счастливым концом.

31 мая 2016 года, «Именем короля», история многодетной семьи Логиновых.

Они, как Галина Френкель, купили квартиру, которая после смерти одинокой старушки в 2008 году должна была перейти в городскую собственность. Однако в 2009 году нотариус от имени умершей оформил доверенность на алкоголика Сергея Сидорова. Сидоров оформил квартиру на себя, потом квартира дважды была продана, а третьим ее владельцем стали Логиновы. Мошенников поймали и осудили, ДЖП, в свою очередь, обратился в суд с иском к Логинову, районный суд иск удовлетворил, постановил передать квартиру в собственность города, а Логиновых выселить.

В конце концов Верховный суд РФ в марте 2016 года решение об истребовании квартиры и выселении Логиновых отменил и направил дело на новое рассмотрение в районный суд. При новом рассмотрении суд отклонил иск ДЖП — и квартира осталась у Логиновых.

Александр Блинцов, видимо, до сих пор живет в контейнере. Фото: Из личного архива

14 июня 2016 года, «Докричаться до небес». История семьи Деминых, которые купили 2-комнатную квартиру на улице Цюрупы. Когда-то квартира была закреплена за Минсвязи СССР, потом оказалась у Ростелекома. Из-за того, что ДЖП и Ростелеком никак не могли уяснить, кому все же принадлежат квартиры на улице Цюрупы, у мошенников появилась отличная возможность эти плавающие квартиры умыкнуть. Квартиры украли и продали. Одну из них купили Демины. ДЖП обратился в суд с иском об изъятии у Деминых этой квартиры и их выселении. Районный суд иск ДЖП удовлетворил, все российские суды с этим согласились. Демины направили жалобы в ЕСПЧ. И 15 мая 2018 года ЕСПЧ вынес решение о том, что в отношении Деминых со стороны России допущено нарушение Конвенции о защите прав человека. В результате Черемушкинский суд пересмотрел дело Деминых и отклонил иск ДЖП. Это решение вступило в силу, квартира осталась у Деминых.

23 июня 2016 года. «Страшный суд», история о квартирах, на которые одновременно претендовали Минобороны и ДЖП.

В результате ими распорядились мошенники, которые продали одну из 108 спорных квартир семье Соколиных.

Дальше все по известному протоколу: ДЖП обратился в суд с иском к Соколиным, районный суд квартиру у них отнял, все вышестоящие суды России с этим согласились, а Соколины, как и Демины, подали жалобу в ЕСПЧ.

25 июля 2017 года ЕСПЧ вынес решение о том, что в отношении Соколиных со стороны России допущено нарушение Конвенции о защите прав человека. В результате Зюзинский суд пересмотрел дело Соколиных и отклонил иск ДЖП. Это решение пока не вступило в силу, но есть надежда, что квартира останется у Соколиных.

5 июля 2016 года, «Доля для «обманутого дольщика».

В 2010-м правительство Москвы приняло решение о передаче обманутым дольщикам городских квартир в районе Некрасовка. Четкая процедура передачи квартир утверждена не была, и этим воспользовались мошенники. Часть квартир оформили на подставных лиц и позже продали на вторичном рынке жилья. В 2015 году ДГИ предъявил иски об изъятии этих квартир у добросовестных приобретателей. В 2016 году все иски ДГИ к ним были отклонены — и решения Кузьминского суда вступили в законную силу.

Как установило следствие, организатором мошенничества являлась сотрудник ГСУ ГУ МВД по Москве Анжела Амзина. Помогали подчиненные ей следователи и еще несколько гражданских. Доказана причастность к хищению 44 квартир на общую сумму 199 миллионов рублей. Мошенников осудили, Амзину приговорили к 11 годам лишения свободы.

14 июля 2016 года, «Выселение со всеми удобствами».

История Татьяны Чугуновой, которая купила 2-комнатную квартиру на Старомарьинском шоссе у Лейлы Басария. По ее словам, мадам Басария преданно ухаживала за бывшим владельцем квартиры Ильей Бабаевым, который в благодарность завещал ей свою квартиру. Суд признал завещание недействительным, и на этом основании ДЖП обратился в суд с иском к Татьяне Чугуновой об истребовании квартиры и выселении.

Иск был удовлетворен, дело дошло до Верховного суда. И 17 апреля 2018 года ВС отправил дело Татьяны Чугуновой в апелляционную инстанцию, которая еще раз рассмотрела дело, отменила решение районного суда и вынесла новое решение об отклонении иска ДГИ. Квартира осталась в собственности у пенсионерки Татьяны Чугуновой.

22 июля 2016 года, «Продается воздух, а квадратные метры прилагаются».

История семьи добросовестных приобретателей Филимоновых, которые в 2013 году купили квартиру в Чехове. Позже выяснилось, что эта и еще четыре квартиры были похищены при участии сотрудников администрации Чеховского района МО. Чиновники передавали квартиры по договору социального найма подставным лицам, которые в дальнейшем приватизировали их и продавали. В том же, 2013 году афера вскрылась, возбудили уголовное дело и передали его в суд. А за месяц до приговора администрация района обратилась с иском к Филимоновым об изъятии у них квартиры и выселении семьи. В ноябре 2014 года этот иск удовлетворили, в июле 2015 года апелляционная инстанция оставила это решение в силе. Но в апреле 2016 года дело рассмотрел президиум Московского областного суда и направил его на пересмотр. При повторном слушании иск администрации был отклонен, и квартира осталась у семьи Филимоновых.

30 августа 2016 года, «Ангел пролетел без остановки».

История семьи Сергеевых из Тульской области. Зимой 2015 года семья Сергеевых с маленьким ребенком купила 2-комнатную квартиру в Туле. Они сделали ремонт, переехали, а в сентябре по иску администрации города суд истребовал у них квартиру. Почему? Потому что прежним владельцем квартиры был одинокий человек — и после его смерти квартира должна была перейти в городскую собственность. Но квартирой завладели мошенники, и в результате цепочки сделок она стала собственностью добросовестных приобретателей Сергеевых.

Сражаясь за квартиру, Сергеевы дошли до Верховного суда, но и там получили отказ. И только благодаря вмешательству уполномоченного по правам человека Татьяны Москальковой Верховный суд запросил дело Сергеевых и направил его на новое рассмотрение. В результате Тульский областной суд пересмотрел дело и оставил квартиру Сергеевым.

21 сентября 2016 года, «Родина-мать: обнять или отнять».

История Елены Абрамовой, которая взяла кредит в банке и купила 1-комнатную квартиру на Елецкой улице. Позже выяснилось, что эта квартира в числе еще 30 была похищена бандой квартирных мошенников, промышлявшей по всей Москве. Владельцем квартиры был одинокий человек, и после его смерти она должна была отойти городу. Как и в деле семьи Логиновых, ДГИ не стал предъявлять иск к мошенникам, а обратился в суд с иском к Абрамовой. В сентябре 2016 год районный суд постановил: квартиру передать в городскую собственность, а Елену Абрамову выселить без предоставления другого жилья. Это дело также дошло до ВС, который постановил пересмотреть его. При новом рассмотрении суд оставил квартиру Абрамовой.

27 октября 2016 года, «Кириллова против России».

В 1997 году умер одинокий человек, после смерти которого квартира должна была отойти в пользу государства. До 2009 года квартира так и не была оформлена в государственную собственность — и тогда на нее обратили внимание мошенники.

В Симоновский суд обратился лженаследник, за которым было признано право собственности на эту квартиру. В результате цепочки сделок ее купила Наталья Кириллова. Позже решение Симоновского суда было отменено, и ДЖП обратился в суд уже с иском к Кирилловой. В 2012 году Симоновский суд постановил вернуть квартиру городу. Все судебные инстанции оставили это решение в силе. И тогда Кириллова обратилась с жалобой в ЕСПЧ.

В сентябре 2016 года Европейский суд вынес решение в пользу Кирилловой. На основании решения ЕСПЧ дело было пересмотрено, и в октябре 2017 года Симоновский суд постановил возвратить квартиру Кирилловой. Решение вступило в законную силу.

30 марта 2018 года, «Привидение, которое пристроил ЖЭК…».

При участии руководителя, главного бухгалтера и инженера по благоустройству ГУП ДЕЗ Пресненского района были похищены 18 квартир. Одну из них на вторичном рынке купила Ольга Савина. В 2014 году мошенников осудили, спустя два года ДГИ обратился в суд с иском об истребовании квартиры у Ольги Савиной и выселении ее и сына без предоставления другого жилья. В апреле 2017 года иск ДГИ был удовлетворен. Как и многие потерпевшие, Ольга Савина вынуждена была дойти до ВС. Добираются до вершины многие, а побеждают единицы. В сентябре 2018 года ВС постановил оставить квартиру Ольге Савиной. Это решение вступило в силу незамедлительно.

  * * *

Я еще раз изучила все с большой лупой и пришла к диковинному выводу. При одних и тех же обстоятельствах суды принимают совершенно противоположные решения. Ни логики, ни системы, ни закономерностей нет. Кроме одной: во всех квартирных катастрофах виновато государство. Государство, которое дает возможность совершать самые немыслимые преступления, покровительствует мелким и крупным аферистам, попустительствует отъявленным мерзавцам и позволяет откровенно нарушать права самых беспомощных граждан — детей, стариков и инвалидов.

Вопрос: почему?

Ответ: квартирные преступления — золотоносная жила. У квартирных мошенников так много денег, что с их рук кормится множество жадных до звонкой монеты граждан, начиная от мелких делопроизводителей в паспортных столах и кончая высокопоставленными чиновниками и депутатами.

Я несколько месяцев писала челобитную, в которой проанализировала десятки повторяющихся квартирных схем и детально прокомментировала вывод: главный рейдер — государство, поэтому все, даже самые невинные законодательные инициативы, призванные хоть немного ослабить удавку на шеях ни в чем не виноватых людей, идут ко дну и терпят сокрушительное поражение. Я хотела направить эту челобитную в Государственную думу, в правительство, но знающие люди подняли меня на смех: щуку бросили в реку…

И как быть?

Что делать мне, бестолковому дятлу, который с упорством, заслуживающим лучшего применения, долбит в одну точку до сотрясения мозга?

Есть государство, есть законы, а есть случай. Бывает, судье все равно — и он, не приходя в сознание, руководствуется так называемым внутренним убеждением и принимает смертоносное решение. А бывает, что судью, как простого смертного, прожжет так, что он выносит спасительный приговор. Не пишу «справедливый» — справедливости в природе не существует. Но есть закон. И иногда о нем вспоминают. И вот до тех пор, пока в дело может вмешаться случай, остается надежда. Ей я готова служить до последнего издыхания.

Фото: Из личного архива

Вадик Ловчиков и Екатерина Николаевна Пряникова: случилось чудо, и теперь у них есть квартира. Фото: Из личного архива

Чуть не забыла. Помните историю шестилетнего Вадика Ловчикова, у которого умерла мама. Его опекуном стала бабушка, Екатерина Николаевна Пряникова. Родственники выгнали ребенка на улицу, в очереди на получение жилья перед Вадиком оказалось без малого 53 тысячи человек — ложись и умирай.

Я обратилась за помощью к мэру Москвы Сергею Собянину (статья в «МК» от 13 июля 2018 года «Очередь в детский ад-2»).

И в конце декабря Екатерине Николаевне Пряниковой вручили свидетельство о собственности и ключ от двухкомнатной квартиры для Вадика.

Ольга Богуславская

По материалам: «Московский комсомолец»

Добавить комментарий